– Стас, привет!
– Привет!
– Сегодня мы оказались не где-нибудь, а в аэротрубе.
– Аэротруба – хороший тренажёр для профессионалов, а для таких лабухов, как я, это просто некое развлечение. Профессионально я так и не научился ничего делать. Барахтаюсь аки белка.
– Известно, что ты с детства к экстриму имел некоторое пристрастие, и это заставляло старших часто хвататься за сердце.
– В детстве у меня экстрим проходил на улицах и во дворах Петербурга и всегда заканчивался родным отделением милиции.
– С ностальгией сейчас вспоминаешь об этом?
– Да-да, все эти поездки в "бобике"… А нормальный, легальный экстрим начался уже лет после двадцати пяти.
– Стас, что касается экстрима, в последнее время в творчестве ты тоже сделал крутой поворот и изменил стиль. Это не что иное, как экстрим для артиста?
– Мне сказал педагог: "Почему ты слушаешь хорошую музыку, а поёшь, как в советской школе учили?" В общем, за два года мы полностью "переобулись" по звучанию и по картинке. Прихожу к простым истинам.
– Вся наша страна уже привыкла, наверное, к Стасу Пьехе раннему?
– Да никто не привык! Никто не помнит, как я выгляжу. Они думают, что у меня горшок на голове.
– Горшка нет!
– Я его состриг где-то лет семь-восемь назад.
– Стас, какие ощущения у тебя от аэротрубы?
– Мне кажется, что меня болтало…
– То есть ты не за этим сюда пришёл?
– Была такая "болтанка" лёгкая, и я всё не мог себя найти. Когда я ещё один здесь дрифтовал, мне понравилось!
– Ты крутой напарник! Удачи тебе во всём! Спасибо, Стас!
– Спасибо!
Свежие комментарии